Сейчас мы ехали именно на юг. Наверное, правильнее было двигаться на север, хотя бы потому, что до сезона дождей еще как минимум три с половиной месяца, но мне почему-то подумалось, что правильнее будет отправиться именно сюда. Уж очень мне расхваливали Перт, к тому же там имелись несколько автостоянок, открытых от нашего предприятия, и до нас доходили тревожные слухи о том, что тамошний управляющий совсем зарвался, и ворует направо и налево, не считаясь ни с чем. Правда согласно проложенному маршруту я попаду туда очень не скоро, потому что придется проехать больше четырех тысяч километров, и к тому времени. Степаныч сам успеет слетать туда не один раз, но тем не менее, решили, что там я обязательно появлюсь, а уж куда отправлюсь дальше, не знаю и сам. Вполне может быть и такой вариант, что на этом все и завершится.
Элька, пристроившись неподалеку от меня, не отходила буквально не на шаг и болтала без умолку. Ее журчащий, как весенний ручеек голос, в какой-то мере отвлекал меня от монотонной езды. Дорога представляла собой лишенную, какой либо растительности, широкую утрамбованную полосу земли, покрытую тонким слоем пыли, которая поднималась за нами красными клубами и медленно сносилась на восток. Ветра практически не было, разве что за счет нашего движения, возникал какой-то поток воздуха. Скорость была относительно не высокой, и это раздражало меня пожалуй больше всего. Все же я привык к гораздо большим скоростям, а здешние сорок-пятьдесят километров в час, были для меня сущим мучением. Эльза же наоборот была очень радовалась этому, и непрестанно восхищалась тому, что мы едем с такой большой скоростью.
Уже ближе к вечеру, стало понятно, что заехали мы, не совсем туда, куда хотели. Что в общем-то немудрено, учитывая, что практически никаких указателей за все время пути я так и не нашел. Разве, что на перекрестке в трех километрах от Дарвина были какие-то знаки, но там как раз все было понятно и так. Все же тем места я обкатал довольно плотно, пока мотался по делам нашего предприятия.
Да и последнее напутствие от Степаныча, звучало как: «Если сомневаетесь, езжайте по самой накатанной дороге». И какая из них самая накатанная в таком случае? По мне, так они совершенно одинаковые. На обеих толстый слой пыли и никакого покрытия, как определить ту, что накатана больше совершенно не понятно. В общем, первая ночь нашего путешествия проходила на природе, хотя по идее мы даже забронировали номер в гостинице городка Кэтрин. Благо, что телеграф работал исправно, и никаких проблем в этом не было. Проблема была в том, что никакого городка, как впрочем и реки, возле которой он раскинулся мы там не обнаружили. Хотя проехали больше четырехсот километров, в то время как городок должен был находиться на триста сороковом.
С другой стороны, особых проблем это не доставило. Мой грузовик был оборудован достаточно хорошо, и потому прекрасно поужинав, мы просто залегли спать без каких либо задних мыслей. Элька залезла к себе на верх, а я устроился внизу, и вскоре все затихло.
Ночь прошла достаточно спокойно, хотя я и вздрагивал от каждого шороха, но тем не менее, никто посторонний на не побеспокоил. А проснулся я от умопомрачительного запаха жаркое, донесшегося до моего обоняния, даже сквозь плотно прикрытые двери в нашу спальню. Оказалось, моя попутчица, проснулась с рассветом, и не теряя времени принялась готовить завтрак. Приведя себя в порядок, вышел в столовую, потянулся и собирался уже выйти из машины, чтобы слегка поразмяться, как был остановлен окриком Эльзы?
В несколько слов, она не только доказала опрометчивость моего желания, но и даже показала что грозило мне в том случае если бы я покинул уютный салон нашего фургона. Буквально в пяти шагах от выхода из него лежала здоровенная змея свернувшаяся несколькими кольцами и посапывала в тени нашего фургона.
— Здесь пустыня Мишья, — мы договорились, что во время поездки будем называть друг друга по именам. Так гораздо проще, а то все эти, сэры, мистеры, и прочие режут слух, да и по большому счету, мы компаньоны, тогда зачем нам все эти дополнительные условности. Мое имя Эльза произносила, так мягко, что казалось за шипящей, появляется буква «я». Впрочем, мне это даже нравилось, хотя другой раз она называла меня и Майклом и Михаэлем. Как и я обращался к ней Эльза, Эля или попросту Элька, последнее ей нравилось больше всего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Здесь нельзя находиться без оружия. Оно дает хоть какую-то надежду. И что я буду делать если останусь одна?
Это действительно была проблема. Вспомнив слова Степаныча, решил, что сегодня же начну обучать Эльку вождению. Мы хоть и набрали с собою целую кучу сывороток и противоядий от укусов разных гадов, но все равно это не было панацеей. Да и что толку сидеть на одном месте, если вдруг кого-то из нас угораздило оказаться укушенным. И что-то я очень сомневаюсь, что навязанные мне Степанычем, тяжелые армейские ботинки с толстыми кожанными гетрами, называемые здесь — гамашами, спасут от длиных клыков той же Мулги или Тайпана. А ведь кроме них имеются в наличии и Тигровая, и Сетчатая коричневая, и Гадюкообразная смертельная, и Великолепная дисония. и еще десяток гадов которые только и ждут моего неосторожного шага. Честно говоря, я уже начал сомневаться в правильности своего желания. Когда все это закончится нужно будет хорошенько подумать стоит ли игра свеч, или лучше подыскать место по спокойнее?
И ладно бы это были только змеи и пауки, здесь возле почти каждой реки или озера, можно встретить крокодилов. И хотя последние не считаются слишком опасными, лучше все же их не дразнить. К тому же как оказалось, кроме речных аллигаторов здесь водится и морской гребнистый крокодил. Вот это пожалуй самое опасное животное. Во-первых, он достигает размера более двенадцати метров и веса в три тонны, а во-вторых, не брезгует ничем, вначале пробуя на зуб, а после, решая, стоит жевать эту каку, или лучше отбросить ее в сторону. Рассказывали, что этих чудовищ встречали даже далеко в море, за десятки километров от берега.
В общем прогулка временно отменилась сама собой, но я все же достал из сейфа кольт и маузер и зарядив их один подвесил себе на пояс, а второй передал Эльзе. К моему удивлению, она вполне привычно извлекла магазин, затем передернула затвор, убеждаясь, что в стволе ничего нет, а после вернула магазин на место. У меня тут же появились вопросы, ведь по ее словам она стреляла лишь дважды. Оказалось так оно и есть, просто часто видела, как это делал мистер Томпсон, полицейский, живущий неподалеку от ее квартирки, вот и запомнила. Все же решив не оставлять это дело на самотек, я предложил ей немного пострелять. Одно дело видеть перезарядку кольта, и совсем другое стрелять из него. Змея почувствовав шевеление фургона, куда-то исчезла, а мы выбравшись из него на «свежий воздух», сделали по нескольку выстрелов каждый.
Конечно кольт это далеко не женское оружие. И после каждого выстрела вуку Эльзы подкидывало вверх, от чего я очень сомневался, что она вообще сможет хоть куда-то попасть. Но хотя бы напугает кого-то выстрелами. С другой стороны стрельба из винчестера, у нее получалась на удивление хорошо. Все же сказывался наверное, опыт стрельбы по люстрам. После того, как мы оба от души настрелялись из всего оружия, разве что кроме пулемета, вернулись назад и принялись за чистку оружия. «Свежим» в кавычках, воздух я назвал потому, что его температура нисколько не изменилась по сравнению со вчерашним днем. Ночью может и было чуточку по прохладнее но не на много. Так что свежим он был скорее на словах. К моему удивлению чистку оружия после десятка выстрелов, девочка восприняла как должное, и буквально вылизала свои пистолет и карабин, до зеркального блеска.
После чего, мы решили, что не стоит задерживаться здесь дальше и вновь двинулись в путь. И уже буквально через два десятка километров наткнулись на небольшой поселок носивший название Деламер. Остановившись около заправочной станции, пополнили запасы бензина, хотя его ушло не так уж и много, но пусть будет. Заодно добавили воды и наконец, поняли, где мы ошиблись.
